Алан Дин ФОСТЕР :: ВОЕННЫЕ ТРОФЕИ

Новости о гибели генерала не появились в ежедневных средствах
информации. Это было вполне понятно. Политику, вроде Косгрейва, ни к чему,
чтобы стало известно, как находящаяся у него в гостях важная персона
погибла в перестрелке прямо в одной из его резиденций.
Никто не пришел разговаривать с ней. Насколько она понимала, она
могла бы уехать в любое время. Именно это ей отчаянно хотелось сделать:
броситься в ближайший космопорт и заказать проезд домой, а там снова
углубиться в спокойствие жизни учебного заведения - и навсегда.
Невероятно, необъяснимо, ее старый друг Страат-иен погиб. Посол Амплитура
был мертв, и ненавидимого генерала Левона тоже не было в живых. Похоже
было, что для нее навсегда останется тайной то, как они умерли. Ну что же.
Она сделала, что могла. Пора было позаботиться о себе.
Смерть Страат-иена не была напрасной. Амплитуру придется заменить
Творящего-Ищущего кем-то, кто не так хорошо разбирается в психологии
людей. Будучи, как всегда, осторожными, они, возможно, отложат попытки
сделать людей своими союзниками до того момента, когда сочтут, что лучше
поняли, что именно на Даккаре пошло не так. Что же до смерти генерала
Левона, то она должна серьезно помешать росту реакционных сил на Даккаре.
Следует полагать, что Ядро воспользуется этим полным, хотя и омраченным,
успехом.
Она поняла, что эта сверхсекретная организация, важным членом которой
когда-то был Страат-иен, тоже в конце концов захочет ее допросить. Она
вздохнула про себя. Как она ни будет пытаться отрешиться от того, что
произошло, ей не уничтожить того, что, по мнению других, она может знать.
Внезапный ужас заставил встопорщиться ее спинные перья. А что если
Амплитур тоже станет ее разыскивать? Простая подсказка одного из них - и
она беспомощно расстанется со всеми своими тайнами.
Она заставила себя успокоиться. У них нет причины расспрашивать ее.
Она - известный ученый - вейс. Да, она изучает поведение людей, но этим же
занимается и ряд других не-людей. Да, она знала одного из двух погибших
людей, но ведь ей знакомы и многие другие люди. Что касается амплитура,
никто не связывает ее близко с происшествием прошлого вечера. Амплитуры,
конечно, проницательны, но они не обладают даром предвидения.

И все-таки она постарается уклониться от встречи с ними. На Махмахаре
это будет довольно просто.
Она сожалела о потере друга. На протяжении многих лет Страат-иен стал
именно другом. Он не мог избежать своей Человечности. Она прощала это ему,
когда он был жив, и не могла не сделать этого теперь, когда его не стало.
Его смерть потрясла ее почти так же, хотя и не совсем, как едучи бы это
была смерть такого же, как она, вейса.
Но раскаяние не помешало ей принять необходимые меры к тому, чтобы
покинуть Даккар на другой день. Если кто-то из соратников Страат-иена
захочет задать ей вопросы, им придется пойти тем же путем, каким в свое
время пошел он, отправиться в ее родной мир. Там она сможет организовать
встречу с ними достаточно скрытно и надежно.
Она смогла приготовить свое гнездо, не прислушиваясь стукнет ли
дверь. Ее уверенность продолжала оправдываться. Никто не потревожил ее и
не поинтересовался ее приготовлениями к отъезду. Она долго не ложилась
спать, просматривая сообщения местных средств массовой информации и
погрузившись затем в беспорядочные записи, которые сделала перед
несчастьем.
Она совершенно расслабилась к тому времени, как потушила свет в
квартире, и поэтому погрузилась сразу же в глубокий восстанавливающий силы
сон. В середине ночи ее резко и неожиданно вырвал из этого сна
настоятельный звук дверного звонка.

- Уходите прочь! - какая-то мысль слабо билась на периферии ее
сознания. - Я сплю.
Слова, которые донеслись до нее через дверь, не были произнесены на
земном языке, но она их все-таки поняла. Она не владела гортанным языком
своего ночного гостя так же свободно, как языком воинственных двуногих или
языком Гивистама, но все-таки, даже спросонок сумела разобраться.
- Я говорю "Уходите прочь!"
- Пожалуйста, - умолял голос. - Мне очень важно поговорить с вами.
Если учесть расовую принадлежность невидимого собеседника, эти его
снова были совершенно бессмысленны. Озадаченная, и поскольку она уже почти
совсем проснулась, она встала из ночного гнезда и подошла к двери.
Встроенный сканер подтвердил, к какому виду принадлежит говорящий, но не
рассеял ее недоумения.
Сканер показал ей взволнованного лепара, одетого в простую мешковатую
форму, которую они носят на работе. Его хвост лежал неподвижно на полу
вестибюля, влажно поблескивая в свете ночных ламп. На его перепончатой с
толстыми пальцами руке болтался ящик с инструментами.
- Чего вы хотите?
- Вчера во время больших боев были повреждены некоторые устройства,
контролирующие среду. Мониторы только начинают включаться. Если ремонт не
будет произведен очень быстро, ни у кого в этом здании не будет
возможности приспособить к своим вкусам тепло, холод или влажность. Это
будет очень неудобно. Я знаю, время сейчас позднее, но если вы меня
впустите, я смогу починить свободную линию в вашей комнате, которая
позволит вам обеспечить себе комфортные условия, пока мы не заменим
поврежденные элементы.
Она прислонилась к двери, неуверенная, стоит ли просыпаться
окончательно или вернуться в гнездо.
- У меня здесь с условиями все в порядке. Идите и поработайте в
чьей-нибудь еще комнате.
- Пожалуйста, - лицо лепара на сканере стало еще более печальным;
плоское, с широким ртом, оно застыло в выражении плачевного идиотизма. -
Мне приказано сделать обходные линии в каждой комнате. Если я этого не
сделаю, то не могу уйти с работы. Я должен оставаться, пока меня каждый не
впустит к себе, даже если придется ждать до рассвета. И в моем трудовом
листке это будет отмечено, как некомплектность, а это означает, что мне не
дадут спать и я буду...
- Достаточно! Не ной. Это не пристало разумному существу.
Она раздраженно распечатала вход и активировала внутреннее освещение
комнаты.
Громоздкий самец-амфибия втащился внутрь, она позволила двери
автоматически закрыться за ним. Молча он повернулся к скрытому пульту
управления, расположенному на той же стене, что и дверь. Открыв свой ящик
с инструментами, ее незваный гость начал осматривать его содержимое, как
бы отыскивая какой-то определенный инструмент.
- Мне очень жаль, что я побеспокоил вас так поздно ночью, - пробухтел
он.
- Неважно. Я уже проснулась.
Она была не одета и не накрашена, но при лепаре и не надо было быть
другой, так как для него она выглядела просто толстой нелетающей птицей.
Вид ее тела вызвал в нем те же чувства, что и содержание абстрактной
скульптуры.
Ее посетитель настаивал, что долго не задержится, но, учитывая его
первоначальную нерешительность и хорошо зная, как действуют лепары, она
решила, что у нее будет много времени и она может с толком его
использовать. Отойдя к экрану, поставленному почти у самого пола, она
сложила под себя ноги и села перед ним. У нее хватало неразобранных
записей и материалов, которые надо было привести в порядок.

Она совершенно забыла о лепаре, пока горловой голос не произнес у нее
за спиной.
- Могу ли я попросить минуту вашего внимания?
- Что еще? - проворчала она, поворачиваясь от экрана.
И тут же она испытала самое большое потрясение в своей жизни. А это,
учитывая все, что ей довелось испытать за последние годы, было оценкой
высочайшего разряда.
Пистолет, который держал Лепар в своей темно-зеленой скользкой руке,
был достаточно мал, чтобы казаться игрушечным, но, зная гораздо больше
обычных вейсов о таких устройствах, она понимала всю его потенциальную
опасность для жизни. Само присутствие его в руке не-массуда и не-землянина
было поразительным. Увидеть, что его направлял на нее лепар, превосходило
ее понимание.
Ошеломленная, она подняла глаза на его массивное лицо. Длинный
беззубый рот был плотно сжат, широко расставленные черные глазки
поблескивали в искусственном свете. Она была слишком потрясена, чтобы
вымолвить хоть слово.
- Пожалуйста, не пугайтесь. - Тон его был вежливым и традиционно
почтительным. Он жестикулировал пистолетом. - Я собираюсь воспользоваться
им только в самых крайних обстоятельствах.
Если этим он хотел ее успокоить, то ему это не удалось.
- Ты - лепар. Твой народ был цивилизованным членом Узора с самого его
начала. Вы не считаетесь особенно хитрыми, но вы так же не склонны к
насилию, как и мы. Я не понимаю этого, - кончиком крыла она указала на
оружие. - Как можешь ты стоять здесь и угрожать мне этой штукой?
- Это сильное эмоциональное напряжение, но я справлюсь. Знайте, что
если обстоятельства потребуют, я воспользуюсь им без колебаний.
Ее первоначальный страх медленно сменялся гневом. Это было прост
возмутительно.
- Здесь и так пытаются разобраться с одним мертвым амплитуром и двумя
мертвыми землянами. Не думаешь ли ты, что убийство еще и вейса объяснить
будет довольно трудно?
- Да, наверное, трудно, - согласился лепар, - если я убью вас здесь и
сейчас, вполне возможно, что меня обнаружат. И так как этого допустить
нельзя, то, убив вас, мне придется убыть себя. Этот будет достаточно,
чтобы прекратить дальнейшие вопросы.
Она считала, что ее уже ничем не поразить, но она ошибалась.
- Так ты собираешься убить меня?
- Никто не хочет убивать вас, достопочтенная Ученая. Вы уникальная и
ценная личность. Сведения, которые вы собрали и обобщили, о том, как
взаимодействует Человечество с другими видами существ, входящих в Узор,
оказались чрезвычайно полезны.
- Полезны? - повторила она. Ее ресницы дрогнули. - Но не вам же?
- Мы давно знакомимся с вашими архивными материалами, - на его
загадочном лице, казалось, навсегда застыла идиотская ухмылка. Она
напомнила себе, что это выражение лица было следствием строения костей
черепа, а не результатом эмоций. - Лепары, работающие в вашем родном мире,
всегда имеют к ним доступ.
Она не думала о наемных лепарах, которых часто видела выполнявшими
длительные и главным образом грязные работы на территории университета.
Тихие, вежливые, раболепные лепары. Как и большинство ее коллег, она
никогда не обращала на них внимания. Умственно и эмоционально они
подходили для таких занятий, а вейсы и другие разумные виды - нет. Лепары
всегда охотно, даже рьяно, брались за такие работы, как будто понимая свою
врожденную ограниченность и получая тихое удовольствие от выполнения
избранных занятий с полной отдачей.
Все это было как-то бессмысленно.
- Зачем, - ошеломленно поинтересовалась она, - зачем лепары
знакомятся с моими материалами? Зачем лепарам вообще знакомиться с какими
бы то ни было архивами? Моя работа сложна и не касается какого-то одного
вида. У вас никто не сможет ее понять.
- Сможет. Конечно, с трудом. Но некоторые из нас обладают гораздо
большей разумностью, чем принято считать. Им трудно, но они достаточно
умны, чтобы разобраться в таких вещах.
- Это безумие какое-то, - пробормотала Лалелеланг вслух на своем
шипящем языке. - Сумасшествие.
Транслятор, который он носил на своей почти несуществующей шее,
уловил ее слова.
- А Вселенная вообще - сумасшедший дом. Мне говорили, что ее
физические законы бессмысленны. Почему же те, что в ней живут, должны быть
организованы более разумно?
Осознание происходящего приходило постепенно. Того, что в руке ее
посетителя было абсолютно настоящее оружие, отсутствие других
подозрительных заговорщиков и тот факт, что это существо, как бы это ни
казалось невероятным, готово использовать это оружие против нее,
подтверждало его слова.
Она сразу поняла, как умерли Амплитур и реакционный генерал Левон, но
смерть ее друга - полковника Страат-иена до сих пор была совершенной
тайной. Ни один амплитур не мог победить землянина в борьбе один на один,
и никакой иной представитель любого вида. Даже чиринальдо или молитар. Но
землян можно было иногда победить другими, не такими очевидными способами.
Например, полной внезапностью.
- Ты был там, - обвиняюще произнесла она.
Она поняла его простой недвусмысленный жест, понятный и под и над
водой, которым он признал ее обвинение.
- Я был там.
Самым убедительным было то, что он не спросил: "где?"
- Как это случилось? Хоть это ты можешь мне рассказать?
Она не стала добавлять, что до нее постепенно дошло, что для нее,
по-видимому, будущее ограничивается окончанием этого разговора.
Сопротивление было бесполезно. Вдобавок ко всему, она была совершенно
ошеломлена нереальностью всей ситуации.
Ей пришло в голову, что, может быть, это какой-то отдельный случай,
что стоящий перед ней лепар просто клинический психопат. Ведь неизбежным
спутником разума была возможность его искажения. Сумасшествие встречалось
во всех мирах Узора. Был ли именно этот лепар безумен? Она не знала.
Занимаясь всем человечеством в целом, она ничем другим не интересовалась.
- Это было... неприятно, - невозмутимо объяснил лепар. - Во время
конфронтации я находился на работе в квартире амплитура. Возможно, зам
известно, что наши вкусы относительно условий жизни некоторым образом
совпадают, так что мне было легко выполнять свою работу. А
генералу-человеку было трудно. Во время разговора с амплитуром из его кожи
сочилась вода с солью. Никто из них не обращал на меня внимания, и я на
них не обращал до того момента, когда прибыл второй человек.
- Полковник Страат-Иен, - мягко прошептала она.
- Да. Я услышал, как он попросил разрешения войти. И поскольку он был
связан с генералом Левоном, его впустили.
- Что произошло потом?
Лепар сумел показаться задумчивым.
- Это было необычно. Человек Страат-Иен сделал попытку умственно
подавить амплитура. Хотя ни один из них не издал ни звука, было ясно, что
они стремятся к какой-то цели. Напряжение было видно в их жестах и в
выражении их лиц. Лицо человека претерпело целый ряд удивительных
сокращений, в то время как амплитур яростно бил вокруг своими щупальцами.
Еще меня изумила быстрая смена цвета их кожи.
Пока продолжалась эта молчаливая борьба, человек Левон становился все
больше и больше встревоженным. Было очевидно, что он не понимает, что
происходит, а ни один из ментальных борцов не стал тратить времени на то,
чтобы ответить на его вопросы, хотя он дошел до крика.
- Минуточку, - Лалелеланг говорила очень осторожно. - Откуда ты
узнал, что между ними идет ментальная или умственная борьба? Ты мог
предположить, что пытается сделать амплитур, но, если только человек
Страат-Иен не пытался воздействовать на тебя, ты никоим образом не мог
узнать, что он активно вовлечен в противоборство с амплитуром.
- Вам полагается объяснение? Мы способны регистрировать такую
активность.
- Да, да, знаю. Лепары так же поддаются внушению, как вейсы или
гивистамы, или любые другие разумные виды за исключением человека. Но для
этого амплитур должен внушать именно тебе. Ты сам по себе не можешь
регистрировать проявлений этой их деятельности. А ты еще заявляешь, что
человек пытался внушать что-то амплитуру, - она внимательно следила за
своим захватчиком. - Это невозможно. Земляне могут только сопротивляться
ментальному воздействию. Но они не могут, подобно амплитурам, внушать.
- Амплитуры не должны внушать нам. Хотя мы сами не обладаем талантом
проецирования мысли, мы довольно легко замечаем, когда это делают другие,
будь это амплитуры или представители той группы землян, которая называет
себя Ядро.
- Ядро, - ее мысли путались. - Это еще что такое?
- Нам уже какое-то время известно о его существовании. Все вместе мы
больше знаем о Человечестве, чем любой другой член Узора. Больше нас знают
только некоторые специалисты, из которых вы являетесь одним из самых
значительных.
Лепары были на корабле первого контакта. Лепары были среди первых,
кто непосредственно говорил и общался с землянами, и мы до сих пор
единственные, кто может эффективно взаимодействовать с ними под водой. Они
интересовали нас с самого начала, как интересует нас все, что угрожает
нашему спокойствию и нашей безопасности.
Какой-то гивистам первым столкнулся с одним из пленных землян,
которых амплитуры пытались изменить таким образом, чтобы они выглядели и
думали, как ашреганы, но боролись за дело Назначения со всей силой и
сноровкой человека. Его спутником был лепар. Он сразу понял значение этой
встречи и постарался устроить так, чтобы этого представителя привезли
живым для дальнейшего изучения. Это и был тот лепар, который был готов
прибегнуть к насилию, чтобы достичь своей цели.
А что касается Ядра, то оно было образовано потомками этих измененных
Амплитуром детей, чьи уникальные способности, по-видимому, случайные и,
по-видимому, наследуемые побочные последствия попыток гивистамов исправить
хирургическим путем изменения, которые произвели генные инженеры
Амплитура. Мы неотступно следили за деятельностью этих одаренных людей со
времени встречи с человеком, называвшим себя Раньи-ааром.
Лалелеланг некоторое время молчала, тщательно обдумывая не только то,
что рассказал лепар, но и то, о чем он не рассказал.
- Если вы без всяких помех делали это, значит, вы можете не только
обнаруживать попытки внушения, но можете и, подобно людям, сопротивляться
ему.
- Это так. Вашу проницательность не переоценили. Наша нервная система
работает отлично от человеческой. У них активная защита, которая борется с
попытками внушения или манипулирования. Наша - пассивна. Мы просто
невнушаемы.
- Но ведь существует много документированных случаев, когда амплитуры
манипулировали пленными лепарами.
- Эти пленные просто притворялись, что подчинились внушению врага.
Это сделать нетрудно. Поскольку мы народ простой, нам и работу дают
простую. Все знают, что угрозы мы не представляем. Признанное всеми
невежество - на удивление эффективная защита. Иногда очень полезно, чтобы
тебя считали идиотом. Ни один человек Ядра никогда не пытался
воздействовать на нас. Не было причины. Мы не делаем почти ничего,
связанного с ведением войны. По той же причине и Амплитур в основном не
обращал на нас внимания. Если бы у нас был выбор, мы и дальше предпочли
бы, чтобы нас игнорировали.
Ведь так глупо получилось. Все шло так хорошо. Война окончилась,
наступил мир, и мой народ смог бы заняться собственным умственным
развитием и всяким другим, не боясь разрушений и нарушений, которые
приносит война. Мы знали о людях Ядра и приглядывали за ними, но они,
казалось, были заняты только сохранением секрета своего существования, -
он лениво жестикулировал рукой с пистолетом.
- Но не в первый раз мы недооценили хитроумие Амплитура. Кто бы мог
подумать, что после своей капитуляции они постараются наладить контакты с
реакционными землянами? Или что эти самые земляне, окажутся еще менее
цивилизованными, чем можно было предположить, и согласятся принять помощь
и руководство Амплитура? Мы бы раньше отреагировали на эту угрозу, если бы
не наша недостаточная сообразительность. Нам требуется много времени,
чтобы ясно все себе представить. Например, ваши исследования. Они очень
подробны и иногда в них трудно разобраться.
Смирившись с тем, что может произойти, Лалелеланг совершенно
успокоилась.
- Если бы ко мне кто-нибудь пришел с подобными сетованиями, я бы
сочла, что у него не все дома.
- Мы нечто большее, чем кажется, - сказал Лепар почти извиняющимся
тоном. - Услужливы, почтительны и совершенно безобидны.
- Прости, но хотелось бы указать, что данный момент безобидным мне не
кажется.
- Поверьте мне, когда я говорю, что искренне сожалею о том, как все
это повернулось. Но обеспечить сохранность некоторых секретов необходимо.
- Что произошло... потом?
- Меня не заподозрят в их смерти. Как вы совершенно точно указали,
никто даже и не подумает, будило лепар способен быть соучастником насилия.
Мы будем продолжать следить за деятельностью Ядра, и, разумеется, этих
реакционных землян и раболепных амплитуров. А если снова понадобится
вмешаться, мы сделаем это по возможности незаметно и без применения силы.
- Вы, кажется, все продумали.
- У нас нет выбора, - признался лепар. - Мы недостаточно умны, чтобы
противиться махинациям таких могучих видов, как люди или амплитуры. Так
что нам надо действовать до тот, как это начнут делать они.
- Раз вы мне все это рассказали, то ведь будет не страшно, если вы
расскажете мне и о том, что произошло в жилище амплитура?
Лепар заколебался.
- Пожалуйста, - умоляла его Лалелеланг. - По меньшей мере, вы можете
удовлетворить мое любопытство.
- Всегда истинный ученый. Ну, как хотите, - маленькие черные глазки
стали даже косить от напряжения, так он старался все вспомнить. - Человек
Страат-иен и амплитур молча боролись. Человек Левон понятия не имел о
природе битвы, которая происходила у него на глазах. Я понимал, но изо
всех сил делал вид, что не понимаю.
Ни человек Страат-иен, ни амплитур не могли добиться перевеса.
Человек пробовал внушать, а амплитур сопротивляться.
Не сумев добиться никакого отклика на свои обращения ни от человека,
ни от амплитура, человек Левон испугался и собрался позвать на помощь.
Увидев это, человек Страат-иен двинулся к нему, чтобы помешать этому.
Последовала короткая схватка, в результате которой человек Страат-иен убил
человека Левона.
Это мгновенное отвлечение внимания человека Страат-иена привело к
тому, что амплитур попытался убежать. А так как он за это время узнал, что
человек тоже способен внушать, было очевидно, что Страат-иен не может
этого допустить. Ваш друг обратил оружие, которое только что использовал
против своего соплеменника, против амплитура и несколько раз выстрелил.
Оружие нанесло телу амплитура ужасающее ранение, изувечило его без всякой
надежды на воскрешение.
Человек Страат-иен очень хитро вложил свое оружие в руку мертвого
Человека, зажав его в пальцах покойника. Явно его намерением было сделать
так, чтобы казалось, что генерал убил амплитура и затем убил себя. Чтобы
это сработало, вашему другу необходимо было устранить одну последнюю
неловкость.
Меня.
Я был свидетелем всего происходившего.
Лалелеланг в задумчивом молчании слушала мрачное повествование.
Теперь она подняла глаза.
- Что же сделал человек Страат-иен?
- Он намеренно поместился между мной и дверью, объявив с искренним,
по моему мнению, сожалением, что собирается меня убить. Он был очень
удивлен, когда я достал из кармана своей куртки такое же оружие, как у
него, и аккуратно выстрелил ему между глаз. Я не специалист по
интерпретации выражения человеческих лиц, но уверен, что понял все
правильно. Кроме того, в критический момент он проецировал свои мысли, и
его недоумение четко в них отразилось. Так как он предусмотрительно вложил
свое оружие в руку генерала Левона, я вложил свое оружие в его руку.
На меня он произвел впечатление существа очень порядочного и
неравнодушного для человека, так что я очень сожалел, что мне пришлось его
убыть.
Внутренние поверхности клюва Лалелеланг стали медленно тереться друг
о друга.
- Я верю всему, что вы рассказали, за исключением того, что вы его
убили. Ты, лепар, убил человека?
- Это было неизбежным. Было бы лучше оставить полковника Страат-иена
в живых, и морально, и по другим причинам. Но есть и другие члены Ядра,
моложе него, которые энергично будут стараться, чтобы их вид остался
мирным и не поддался на хитрые посулы Амплитура.
Она, казалось, не слышала его последних слов.
- Ты хочешь, чтобы я действительно поверила, что ты застрелил
человека? Великолепно тренированного солдата, каким был Неван Страат-иен?
- И раньше бывало, что это почти случалось, но до этого последнего
случая не было необходимости доводить дело до конца.
- Лепары никогда не были бойцами.
- Это и сейчас так. Мы ненавидим насилие и плохо умеем его применять.
Мы должны себя заставлять. Но когда достаточно напуганы, то можем сделать
многое, ранее считавшееся невозможным, а так как мы все время чувствуем
себя в опасности, мы легко пугаемся.
Она намеренно сделала жест в сторону крошечного пистолета.
- Ты направляешь его на меня, потому что я тебя пугаю?
- Да, - произнес лепар со зловещей убежденностью. - Знание, которым
вы обладаете, ужасно меня пугает.
- Достаточно, чтобы убыть меня? Совершить физическое насилие над
другим разумным существом, которое не собирается причинять тебе никакого
вреда?
Когда лепар не ответил на это, она попробовала подойти с другой
стороны.
- Как ты объяснишь мою смерть от огнестрельного оружия? Не было ни
боя, ни какою-то конфликта, я не человек, о котором могут подумать, что он
предрасположен к ярости и безумию. Я просто мирный ученый.
Лепар поднял свое компактное оружие.
- Это не такое оружие, которым был убит полковник Страат-иен. Он не
стреляет взрывчатыми или проникающими зарядами. Это инжектор сжатого газа,
который не оставляет следов. Наркотик, который попадет вам в кровь,
создаст впечатление, что ваше сердце отказало по естественным причинам.
Хотя используемый яд легко расходится по всему организму и быстро
распадается на неподдающиеся анализу компоненты, тщательный судебный
анализ, осуществленный вскоре после смерти может, по всей вероятности,
установить истинную ее причину. Поэтому я останусь здесь после того, как
вы испустите дух, чтобы не допустить этого, чтобы ваше тело не потревожили
до истечения заданного времени.
Известно, что у вейсов хрупкое здоровье. Ваша смерть не вызовет
подозрений.
- А что произойдет потом? Умру я вместе с полковником Страат-иеном,
генералом Левоном и представителем Амплитура. Что этим разрешится? Другие
люди займут место Левона.
- Может быть, и нет. А если и так, то, возможно, не сразу. Человек
Левон обладал необычным сочетанием энергии и уменья. Потерпев такое
блистательное поражение с ним, Амплитур на какое-то время затихнет,
анализируя его причины. Это даст время укрепиться миру и спокойствию.
Тем временем мы будем следить за политическими движениями среди
реакционно настроенных людей и вести тихое наблюдение за деятельностью
Ядра, а они будут продолжать присматривать за своими. Можно надеяться, что
нам не скоро понадобится вмешиваться в дела других видов. Гивистам и
О'о'йан, Бир'римор и Массуд, Юла и С'ван и Человечество и все другие не
будут знать о нас больше, чем знают сейчас или когда бы то ни было. Так
лучше, потому что мы и сейчас, и всегда будем их всех бояться.
- Если вы действительно неуязвимы для ментального воздействия
Амплитура, - сказала она, - вы могли бы стать великими бойцами за дело
Узора. Вы могли драться бок о бок с массудами, пока мы не обнаружили
людей.
- Я уже говорил вам, что мы не бойцы. Драки безумно пугают нас, как и
все цивилизованные виды. Если мы не такие сообразительные, как другие, это
не значит, что мы менее цивилизованны.
- Мне кажется, что вы не такие буйные, как пытаетесь прикинуться.
- Мы - тупые. Вне всякого сомнения. Но иногда некоторые из нас
способны размышлять об этих материях. Кажется, что быть умным и быть
сообразительным - разные вещи, и что быть очень умным - не такая уж
хорошая вещь. Когда дело идет о том, чтобы выжить, инстинкт оказывается
нужнее. Если вы тупой, это заставляет вас сосредотачиваться на том, что
действительно важно, и жить в пределах своих возможностей.
Мы выполняем работы, которые другие виды презирают. В результате мы
процветаем и размножаемся в структурных рамках Узора. В то время как
другие виды ссорятся, и даже иногда воюют, на нас не обращают внимания.
Между тем мы напряженно работаем, наблюдаем, прислушиваемся и стараемся
стать немножко сообразительней. Когда вам дают самую черную работу, когда
игнорируют вас, как будто вы вообще не существуете, у вас появляется
великолепная возможность слушать и наблюдать. Мой народ давно понял, что
очень трудно учиться, если все время не закрываешь рта.
Независимость лучше для развития. Так что Амплитуру нельзя позволить
возродить Назначение. Мир - наилучшая структура для такого существования.
Поэтому людям нельзя позволять возродить войну. Союз людей и Амплитура
приведет к худшей возможной комбинации. А мы не настолько тупы, чтобы этот
не видеть.
Лалелеланг почувствовала, что лепар начинает все больше нервничать и
что у нее иссякли темы для разговора.
- А если, несмотря на все твои предосторожности, они найдут в моем
теле смертельный яд, и тогда местные власти начнут искать убийцу?
Она использовала человеческий термин, так как ни в языке вейсов, ни
лепаров эквивалентов этому не было.
- Это возможно. Никакое действие не гарантировано от риска. Однако и
в таком маловероятном случае не думаю, что они заподозрят меня, низкого
лепара, работника систем жизнеобеспечения. Даже если бы они сочли
кого-либо из моего племени способным на такое действие, они не подумают,
что у нас хватит на это смекалки.
Мне не хочется убивать вас, достопочтенная ученая Лалелеланг, так же,
как мне не хотелось убивать человека Страат-иена. Но страх и неуверенность
в безопасности - очень сильные побудительные причины для таких, как я. Они
позволяют удивительно сконцентрировать даже ограниченные способности.
"Самое великое открытие писаной истории, - подумала она. - Более
поразительное, чем существования Ядра среди генетически измененных людей,
и оно должно умереть вместе с ней. И все из-за того, что ты всю себя
посвятила исследованиям".
- Кроме того, мы можем помочь людям.
- Вы? - она была поражена. - Лепары?
- Человечеству известно, что изо всех разумных видов лепары для них
наименее опасны. Они считают нас и умственно, и физически безобидными и
ниже себя. Поэтому они прислушаются к нам, когда их природная
подозрительность заставит их настороженно отнестись к таким мудрецам, как
с'ваны. Это и есть секрет успешного общения с людьми. Бросьте им вызов, и
они отнесутся к вам с подозрением, как и Гивистам, и Юла и все остальные.
Признайте их главенство, и они станут навеки вашими защитниками и
друзьями.
Вдобавок, мы единственные, кто может с ними плавать. В глубине души
они помнят воду, из которой вышли на землю. Это особая тонкая связь, и она
дает моему виду преимущество в общении с ними. Узор хочет, чтобы они
продолжали воевать, но контролировать эту их способность. Мы хотим умерить
ее для нашей собственной безопасности. Мы сможем это сделать.
- Тайно управляя ими...
- Предложив им ничем не грозящую дружбу. Теперь, когда опасность,
которую представляла личность Левона, не существует, Ядро, наверное,
сможет поступить соответственно с более мелкими людьми его взглядов. А нам
останется иметь дело с немыми видами.
Она понимала, что ее время почти истекло.
- Не мне критиковать ваши методы или цели, но неужели действительно
так необходимо убивать меня, чтобы их защитить? Измененные люди доверили
мне тайну их Ядра. Неужели вы не можете так же довериться мне? Я могу быть
полезна вам так же, как полезна им.
- Боюсь, что нет. Мы не настолько умны, как измененные люди. Вы
можете обмануть нас так, что мы этого не поймем. Лучше не рисковать.
Видите ли, достопочтенная ученая, вы знаете правду об измененных людях, о
намерениях Амплитура, о реакционных людях, а теперь и о нас. Вы
аккумулировали в себе слишком много правд, и это сделало вас потенциально
самой опасной личностью на свете.
Она моргнула длинными ресницами.
- За свою необычную жизнь меня называли по-всякому, но опасной -
никогда.
- Вы себя глубоко недооцениваете. А мы нет.
- Я все-таки простой ученый, трудолюбивый искатель мудрости. И больше
никем я быть не хочу. Просто знание, оно не может быть опасным само по
себе.
Лепар задумчиво рассматривал ее.
- Может быть, вы тоже не очень сообразительная.
- Полагаю, что ты прав, иначе я не оказалась бы сейчас в таком
положении. Я даже не сообразила спрятать мои записи в безопасном месте.
Она повернулась в сторону кубического сейфа рядом с гнездом. Он
проследил за ее взглядом.
И в этот момент она ударила его рекордером.
Он был не слишком увесистым, но прочным. Крепко зажатый кончиком
правого крыла и направленный с размаха, он был достаточно тяжб, чтобы удар
оказался действенным. Собственно, само это движение было заимствовано из
юпонистских танцев спаривания, но очень походило на человеческий прямой
удар в боксе.
Когда удар коснулся лепара, она почувствовала резкую боль, которая
отдалась во всем крыле и на мгновение парализовала ее. Ошеломленному
лепару пришлось хуже, удар разбил ему скулу и раздавил глаз. Он закачался
на своих коротких ногах, толстый хвост рефлекторно напрягся, чтобы придать
телу дополнительную устойчивость. Она увидела, как его пальцы судорожно
сжались на инжекторе, и, услышав его мягкое "пых", закрыла глаза.
Но заряд пронесся с большой скоростью мимо ее груди и без вреда
разбрызгался по стене за ней. В этот же момент она насела на лепара и
ударом свалила его на пол. Это еще больше ошеломило его, и она смогла
вырвать оружие из его ослабевших пальцев.
Хотя оно было предназначено для манипулирования костяными суставами,
она сумела схватить это прочное устройство гибкими кончиками перьев левого
крыла. Повторяя непрерывно одну и ту же самую динамическую мантру
контроля, она поднялась и встал, глядя вниз на своего нерадивого убийцу.
Лепар, моргая, глядел на нее единственным здоровым глазом, его хвост
судорожно подергивался из стороны в сторону.
- Как необычно. Если бы произошло не со мной, я бы не поверил, что
такое возможно. Что вы будете делать теперь?
Она с удивлением поняла, что не знает. Все произошло так быстро, и
теперь к ней рывком вернулась ясность мысли. Ее начало отчаянно трясти.
Заметив ее реакцию, лепар начал подниматься на ноги. Кровь залила
левую сторону его лица, струйкой стекая на застывшую идиотски-печальную
улыбку.
- Вы не можете убить меня. Вы ведь - вейс, а вейсы гордятся тем, что
они самые цивилизованные из всех разумных видов, - перепончатая лапа
потянулась к ней. - Отдайте оружие. Наркотик действует безболезненно.
Давайте скорее покончим с этим ради нас обоих.
Она отшатнулась от него.
- Вы тоже считаетесь "цивилизованными".
- Да. Но мы слишком напуганы и простодушны, и можем это обойти. А вы,
достигшие более высокого уровня цивилизации, - нет, - его рука по-прежнему
была протянута к ней в ожидании, пальцы разжаты, черно-зеленая ладонь
повернута вверх и открыта.
- Ты забыл одну вещь. Я провела годы, работая в теснейшем контакте с
людьми. Мои друзья, моя семья, моя бригада и мои коллеги все время
настаивали на том, что это оказало на меня необратимое вредное
воздействие. Я всегда с ними спорила. Но теперь, боюсь, должна признать,
что они были правы.
Лепар один раз моргнул оставшимся глазом, когда снова раздался
выстрел маленького пистолета, как будто чихнуло в свой мех маленькое
пушистое животное. Большой рот открылся еще шире, показав черную влажную
глотку. Но никакого звуков из нее не вылетело.
Он тяжело осел на пол.
- Меня правильно информировали. Боли нет, - она бесчувственно
смотрела на него. - Какая жалость, что этот яд не избирателен для
различных видов, - он медленно повалился на левый бок, - очень интересно.
Черный глаз неподвижно становился на ней. Она хотела отвернуться,
убежать, но не могла. Как-то жутко зачарованная, она стояла, не в силах
сдвинуться с места.
- Вы не должны были суметь это сделать, - она с трудом разбирала
слабые клокочущие слова. - Это все осложнит, - голос упал до полной
беззвучности.
После этого лепар больше ничего не сказал, и ни одна часть его тела
не шевельнулась.
На трясущихся ногах она обошла вокруг тела, ни на секунду не сводя с
него глаз, и села на край гнезда. На протяжении часа она смотрела на
неподвижную фигуру на полу. Затем, чувствуя себя в достаточной
безопасности, она положила обманчиво безобразное на вид оружие и прошла в
гигиенический альков жилища. Наклонив лицо и шею над сливным устройством,
она энергично опустошила в пастельный душистый приемник содержимое своего
желудка.
Закончив, она умылась, как смогла, привела себя в порядок и начала
упаковываться, не забыв захватить маленький смертельный пистолетик. Кто бы
не нашел лепара, он решит, что тот умер от сердечной недостаточности.
Обман, предназначенный скрыть истинную причину ее смерти, так же хорошо
послужит ее несостоявшемуся убийце.
Лекарство, которое помогло ей длительное время работать в тесном
контакте с людьми, позволило ей скрыть свою нервозность, когда она уезжала
из поселения. Полностью поглощенные необъяснимыми смертями амплитура и
двух высших офицеров, служащие не обратили никакого внимания на решение
приезжего ученого-вейса отбыть на родину. Она сомневалась, что среди общей
неразберихи кто-нибудь удосужится заметить смерть рабочего лепара, явно
скончавшегося от естественных причин.
За исключением, пожалуй, другого испуганного простодушного лепара.
Лепара, который наблюдает, прислушивается, мало говорит, но временами
действует. Лепары, которые никогда сами по себе не овладели бы
подпространством и которых другие, более технологически продвинувшиеся
виды брали с собой с планеты на планету. Лепары таким путем сумели
незаметно распространиться по всей длине и ширине Узора. Эти самые лепары.
"Как он там говорил? - задумалась она, находясь в безопасности своей
каюты на борту подпространственного лайнера, выходившего на орбиту, - что
она, Лалелеланг, возможно самая опасная на свете личность?"
Лепар не сказал ни слова о предателе турлоге. Может ли быть, что
амфибии не обнаружили это двурушничество? Может быть, действительно,
только она одна знала все секреты?
Все, что она хотела, это чтобы ей предоставили возможность спокойно
работать.

Когда корабль вошел в подпространство, она почувствовала горечь от
воспоминаний о покойном Страат-иене, с которым делила трудности и вообще
провела много времени вместе. Он был изумительным представителем своего
вида. Теперь она навсегда лишилась возможности узнавать его уникальные
мнения.
Неважно. Ее исследование обойдется без него.
Среди команды корабля было несколько лепаров. Она не спускала с них
глаз, но ничто не указывало на то, что она привлекает на борту чье-нибудь
необычное внимание.
Она сбежала с Даккара на хорошей скорости.
Будут ли они разыскивать ее теперь в ее родном мире? Лепары работали
в главных городах, но к ним еще не привыкли. В настоящее время в
университете никто из них не работал. На что они сейчас осмелятся? И
насколько решительно? Может быть, они поищут союзников, чтобы убить ее?
Может, какого-нибудь предателя массуда? Хотя человек - был бы более
подходящим кандидатом. Разве не так они первоначально втянулись в войну?
Как наемники? Это была бы ирония судьбы. Человек будет больше внедряться в
ее окружение, чем устремленный убить лепар.
Она не была ни простушкой, ни беспомощной, а ее особый жизненный опыт
многому ее научил. Были некоторые шаги, которые она могла бы предпринять
для своей защиты.

Прошло много времени, но лепары ее не преследовали и не послали
вместо себя какого-нибудь убийцу. Может быть, потому, что предпочитали
действовать медленно, может быть, потому, что хотели быть абсолютно
уверены в себе, прежде чем решатся на такой серьезный и потенциально
неловкий шаг. Конечно, они должны были удивиться и обеспокоиться
обстоятельствами неожиданной смерти своего даккарского агента. Это
указывало на опасный провал в их знаниях, который по их правилам им
придется заполнить до начала действия.
Она готовилась, как могла.
Полгода прошло с ее бегства с Даккара до момента появления двух
лепаров. Одетые, как специалисты по канализации, они пришли поработать в
системах водоснабжения Университета и были великолепно к этому
подготовлены. Хотя она прошла у них на виду, никто из них даже не
посмотрел в ее сторону.
Хотя она не питала никаких иллюзий относительно их истинных
намерений, она изменила свой обычный распорядок дня из-за невысказанной
угрозы. Друзья отметили ее повышенную настороженность и напряженность. Она
поблагодарила их за сочувствие, но отмахнулась без объяснений от их
участия.
Пришедшие рабочие были очень осторожны. Только в конце сезона в дверь
кабинета, где она однажды вечером заработалась допоздна, позвонили.
Внешний вид экрана показал простодушное лицо одного из двух лепаров, его
черные печальные глаза и обезоруживающе наивное выражение лица. В ответ на
ее вопрос он объяснил, что работа привела их в этот конец здания, и для ее
выполнения им надо на несколько минут получить доступ в ее кабинет.
"Что, - мудро решила она, - наверняка правда."
- Мы не потревожим вас долго, - сказал он через дверное переговорное
устройство. И это тоже наверняка было правдой.
Отказаться сотрудничать с ними привело бы только к неизбежной
задержке и подтвердило бы то, что они и так подозревали. Она закончила
общий каталог своих исследований, ее личная и профессиональная жизнь были
приведены в порядок. В каком-то смысле она даже почувствовала облегчение.
Она очень устала.
Кончиком крыла она нажала невидимую кнопку, и дверь, откатившись,
впустила их.
Они были одеты в форму рабочих водяных служб. Длинные куртки, пояса с
закрытыми карманами, раздувшимися от инструментов. Тот, который с ней
разговаривал, молча прошел в раскачку мимо нее вглубь кабинета,
направляясь в гигиенический отсек, расположенный в заднем алькове. Его
спутник, войдя, остановился в небрежной позе около двери и с неподдельным
интересом стал разглядывать глубинные образы, украшавшие стены.
- Мы ненадолго, - в его гортанном голосе не было ничего зловещего. -
Нам надо проверить здесь давление и скорость потоков, прежде чем перейдем
в следующий кабинет.
Лалелеланг не сдвинулась с верхушки рабочего гнезда за изящной
скульптурной аркой своего рабочего места.
- Ничего подобного вы делать не собираетесь. Вы здесь, чтобы убить
меня.
Плоское шишковатое лицо выглянуло из гигиенического алькова, цвета
черного дерева глаза мерцали в искусственном свете. За ее единственным
окном под восходящей луной проскользнул хищный глайдер Вастас,
флюоресцентные бегущие огни ночного летуна блеснули в темноте изумрудным
блеском. В кабинете была полная тишина, которую прервал лепар, стоявший в
дверях.
- Какие странные вещи вы говорите, достопочтенная Ученая.
- Разве? Вы собираетесь убить меня, но сначала хотите убедиться.
Насколько мне известно, лепары никогда ничего не делают, не убедившись
вначале.
Очевидно, что вы хотите получить объяснение смерти вашего коллеги на
Даккаре. Он пытался убить меня, а вместо этого сам оказался мертвым. В
моей комнате. После чего я покинула Даккар довольно поспешно. Я знаю, что
несмотря на ваше первоначальное недоверие, вы, в конце концов,
остановитесь на мне как на причине этой смерти просто путем терпеливого
расследования и исключения одной за другой всех иных возможностей. Меня
только удивляет, что вы не прибыли сюда раньше.
Амфибия молча смотрела на нее. Первый лепар вышел из алькова с
оружием в руке. Она отрешенно посмотрела на него. Сделанное полностью из
неметаллических материалов, оно было больше того, каким ей не так давно
угрожали на Даккаре. И форма его была не такой изящной. Его изготовители
не делали никаких попыток скрыть его назначение. После того как
вооруженный Лепар отошел в сторону, его спутник тоже достал из кармана
куртки подобное устройство.
Какой метод они используют сейчас? Побольше яда, пули, разрывные
капсулы или еще что-то, чего она не может себе вообразить? Не то чтобы это
имело значение.
- Ваш коллега хотел убить меня. Поэтому я убила его.
- Нам любопытно узнать, как вы это сделали? - второй лепар загородил
запечатанную дверь своим телом. - Раньше считалось, что ни один вейс на
это не способен.
- Я салютую вашему невежеству, - близость смерти вдохновила ее на
похоронный юмор. - Возможно, я единственная в своем роде.
Держатель оружия испустил удовлетворенный горловой рык. Такой звук
хорошо разносился и в воздухе, и под водой.
- Мы приветствуем ваше подтверждение. А теперь я вас убью, - дуло
оружия поднялось.
- Вы не можете этого сделать.
- Неужели вы хотите закончить свою жизнь в спорах? - Но лепар у двери
сделал знак и его спутник приостановился.
- Почему? - спросил он.
- Есть несколько причин. Неужели вы думаете, что я буду смирно ждать,
ничего не предпринимая, пока ваши представители обнаружат меня в удобное
для них время? Неужели вы думаете, что, защитив себя один раз, я не сделаю
этого снова?
- С момента нашего прибытия на Махмахар мы много раз проверяли все
здания и особенно эту комнату. Нет никаких доказательств присутствия в ней
защитного механизма. Никаких сложных сигнальных устройств, никакого
автоматического оружия, никаких включаемых голосом или движением
передатчиков. Ничего. Кроме того, нас двое, и мы оба вооружены. То, что не
сработало на Даккаре, здесь не повторится. Вы беззащитны.
- Нет, не беззащитна, - ее клюв щелкнул слегка и даже гребешок
хохолка плоско лежал на затылке.
Двое ее незваных гостей обменялись взглядами.
- Вы утверждаете без доказательств, - заявил стоявший у двери.
- А вы слишком доверяетесь методичности и постепенности. С момента
прибытия в мой мир вы следили за мной. Вы считаете, что я была неспособна
следить за вами?
Она посмотрела направо. Дверь в заднем алькове-кладовке отворилась, и
из нее вышел Человек-солдат.
Лепар, стоявший в дверях, медленно заморгал в несвойственной их виду
привычке, а его спутник невольно сделал шаг назад. Он осторожно опустил
свое оружие. Это было разумно, потому что молодая женщина-землянка была
полностью вооружена и могла выстрелить в любую секунду. Она возвышалась
над ними.
- Ученая, что вы хотите, чтобы я сделала? - прорычала она на
воинственном человеческом языке.
- Пока ничего, - Лалелеланг внимательно посмотрела на своих
визитеров. - Это Пайла. Кроме того, что она полностью обученный боец, она
еще член Ядра.
Человек Ядра Неван Страат-иен был много лет моим добрым и верным
другом. Я очень мало знала о его семье и родных, но сочла, что должна, по
меньшей мере, рассказать им обстоятельства его смерти. Кроме того, так как
я узнала, что лепары могут сопротивляться их проверке, так же, как и
проверке Амплитура, и что ваш народ знает о существовании Ядра и
способности его членов к внушению, я сочла справедливым поделиться этой
информацией с людьми Ядра, - она остановилась, чтобы они хорошенько
осознали ее слова.
Когда она решила, что прошло достаточно времени, то стала продолжать
дальше.
- Так что теперь вы знаете о них, они знают о вас, и все
заинтересованные лица могут вести дела друг с другом на равных.
- Это безумие, - лепар у алькова пытался поделить свое внимание между
сосредоточенной вейс и напряженно настороженной и очень внушительной
женщиной. - Вы понимаете, что вы натворили. Эта одна убьет нас всех троих.
- Я говорила вам, что человек Страат-иен доверял мне. Добровольно
сообщив все, что знала, его друзьям, я добилась их доверия тоже. Пайла
доверяет мне. На вашем месте я не делала бы ничего, что бы ее взволновало.
Она была очень близка со Страат-иеном.
Обратив внимание на то, что на шее Пайлы висел один из повсеместных
трансляторов, лепар у двери переключил все Свое внимание на нее.
- Разве ваш народ не видит опасности, которую представляет именно эта
данная личность? Если мы уничтожим ее, то сохраним наши секреты между
собой.
Землянка только улыбнулась. Оба лепара инстинктивно содрогнулись.
Лалелеланг постаралась успокоить их.
- Нет необходимости в нецивилизованных кровопролитиях. Ядро вам не
доверяет, я знаю, что и вы уважаете, но не обязательно доверяете Ядру.
- Как можем мы им доверять? - вопросил страж у двери. - Они же люди.
- Именно так. Но они доверяют мне. Если вы окажете мне равное
доверие, обе стороны получат нечто драгоценное: посредника.
- Вас? - Ее несостоявшийся убийца вытаращил глаза. - Вы же ученый, а
не дипломат.
- Что такое дипломатия, как не жизненный опыт в сочетании со здравым
смыслом? Я - вейс. У меня нет предпочтения ни к людям, ни к лепарам. Я
лучше подготовлена к роли посредника, чем представитель любого из разумных
видов. Не то чтобы мне этого хотелось. Я не хочу этого. Но мне это
навязали, и я не вижу возможности отказаться. - Она перевела дыхание. - В
жизни каждого бывают такие моменты, когда безумно хочется поступить
нецивилизованно. Вот этому в людях я завидую, - и она издала грустный
долгий свист.
Все, чего я хотела от жизни, это стать исследователем. Собирать
знания и извлекать из них мудрость. Я не хочу играть роль дипломата,
посредника или миротворца. Обстоятельства вынуждают меня заняться этим.
Лепар от двери обратился к Лалелеланг, настороженно поглядывая на
солдата-землянку.
- Вы прикажете ей убить нас? - он не поднимал руки с оружием,
понимая, что малейший намек на враждебный жест приведет к мгновенной
смерти его и его товарища.
- Нет! - ярость ее ответа заставила вздрогнуть всех в комнате,
включая ее защитницу. - У меня, именно у меня, уже есть на совести смерть
одного разумного существа. И хотя я только защищала свою жизнь, но
обнаружила, что это глубоко неприятное переживание, которое я никогда не
забуду. Я не хочу пережить это еще раз. - Ее сильно накрашенные ресницы
затрепетали.
Какие у вас цели? Вы хотите обеспечить свою безопасность и утаить
свой секрет как от Узора, так и от прошлых противников. Вам не надо
бояться Ядра людей, потому что вы можете устоять против их внушения. Если
вы попытаетесь обнародовать их секрет, они обернутся против вас. Может
быть, вы сможете устоять против них умственно, но вам ведь все равно
придется иметь дело с их другими, чисто человеческими способностями.
- Видите, - обратился первый лепар к Пайле, - она старается натравить
нас друг на друга, чтобы сохранить себе жизнь.
- Мою жизнь? Мою жизнь? - мягко повторила она. - Ради сбора знаний я
добровольно подвергала себя риску насильственной смерти в настоящим бою,
чего не делал ни один лепар. Уже второй раз мне угрожает представитель
вашего вида. Я на свою жизнь давно махнула рукой и не боюсь рисковать ею
ради этого.
- Убей ее, - лепар у двери совершенно серьезно обратился к Пайле. -
Она представляет собой лишнее осложнение. Мы сами друг с другом
договоримся без опасного посредника. Пока она жива, она держит в своих
руках угрозу разоблачения и нашего, и вашего видов.
Не сводя глаз с обоих амфибий, женщина снова повторила:
- Нет. Она полезна. Так считал полковник Страат-иен и мои начальники
с этим согласны. Она вела себя с нами прямо и все четко организовала. -
Пайла посмотрела на устраивающуюся на гнезде вейс одновременно с ужасом и
восхищением. - Вы не все знаете. Она так все устроила, что теперь убить ее
опаснее, чем оставить в живых.
- Я это делаю не из альтруизма, - холодно объяснила Лалелеланг. - Все
проистекает из необходимости.
- Я этого не понимаю, - прошипел страж у двери. - Мы не так умны, и
вы должны объяснить все медленно и подробно, чтобы мы все поняли.
Лалелеланг глубоко вздохнула.
- Не так уж это сложно. После того, как я... убила... вашего агента,
я знала, что когда-нибудь вы захотите уничтожить меня, не по злобе, а в
порядке предосторожности. Поэтому вслед за тем я позаботилась разместить
некоторое количество высокоплотных бус-хранилищ, содержащих все известные
мне сведения, все, что я узнала, в разных местах Узора. Названия этих
миров останутся вам неизвестны.
Лепары слушали тихо, не говоря ни слова, не выказывая никаких чувств.
- Если я умру, то не пошлю в заданное время в эти Миры особые
сообщения, и схемы, которые я заложила, будут активированы. В результате
бусины будут направлены ряду неподкупных организаций, известных
независимым распространением информации. Секреты лепаров и Ядра станут
известны всем.
Лепар у двери поинтересовался:
- А что будет, если вы умрете случайно? Если вас собьет вышедшая
из-под контроля машина или вы скончаетесь от естественных причин?
- Рано или поздно я пошлю указание остановить этот процесс. Это,
кстати, сотрет также память бус-хранилищ. У меня крепкое здоровье, - она
посмотрела на лепара у двери самым не похожим на вейса манером, - и
надеюсь, что таким оно и останется. А пока представителям и Ядра, и Лепара
следует очень хорошо позаботиться, чтобы я не попала ни в какие
непредвиденные несчастные случаи.
- Вы хотите, чтобы мы ничего не делали, совершенно никак не
реагировали?
- У вас нет выбора.
- Нам это радости не доставляет, - прокомментировал происходящее
второй лепар, - но должен выразить свое восхищение. Вы плюете на один из
видов и часть второго.
- Я делаю это не потому, что так уж очарована жизнью, - ответила
Лалелеланг. - Я прожила достаточно долго, чтобы получить отвращение к
большей части того, что видела. Но сейчас дела обстоят лучше, чем когда я
родилась. И если все поймут, что надо следить за действиями Амплитура, то
как ни склонна природа людей к регрессу, они станут еще лучше. Еще раз
повторяю, что мне все это не нравится. Я по натуре исследователь-одиночка,
- она указала на женщину. - Народ Пайлы хочет того же, что и вы. Думаю,
лепарам будет полезно иметь среди людей группу, которой они могли бы
доверить. Думаю, что вы могли бы помочь друг другу, работать вместе. В
любом случае теперь вам иначе нельзя.
Убийцы задумались. С известной долей храбрости (или глупости) лепар,
стоявший у двери, произнес:
- Человеку доверять нельзя.
Ему ответила землянка-солдат:
- Вы можете доверять нам. Мы - другие. Мы не можем влезать в ваш
мозг. Вы больше всех похожи на нас, даже больше, чем массуды.
Осторожно, рукой без оружия, первый лепар сделал жест в сторону
Лалелеланг.
- Почему вы просто не внушите ей то, что надо? Прикажите ей открыть
все подробности ее плана и местонахождение этих угрожающих нам
бусин-хранилищ, чтобы мы могли их обезвредить.
Землянка ухмыльнулась.
- Полагаете, мы не подумали об этом сразу, когда она пришла к нам?
Она заранее все так подготовила, что мы не могли и пальцем тронуть ее. Так
же, как и вы сейчас. Внушение привело бы к тому, что включились бы
специальные установленные ею охранительные системы. У нее сильная воля.
Нет, вмешиваться в ее разум, играть с ним слишком рискованно. Кроме того,
в том, что она предлагает, есть смысл. Мы действительно можем помочь друг
другу. С моей точки зрения, как члена Ядра, очень трудно жить все время в
изоляции, постоянно оглядываясь через плечо. Я это знаю, - она
выразительно фыркнула. - Мы не покажем никому нашего, если вы им не
покажете нашего.
- Кажется, я понимаю, что вы хотите сказать, во всяком случае, если
не грамматику, то смысл, - ответил лепар. - Вы сохраните секрет нашей
способности сопротивляться умственным воздействиям Ядра и Амплитура?
- Да. При условии, что вы сделаете то же самое относительно факта
нашего существования. Вместе с вами мы могли бы управлять моим буйным
народом и деятельностью Амплитура. У вас есть легкий доступ в разные места
и к людям, в котором нам часто отказывают, и наоборот. Думаю, мы с вами
окажемся хорошими друзьями и ценными союзниками, - она пожала плечами. -
Все равно, это единственный возможный выход, который нам оставила
канарейка.
Лепары переглянулись.
- У нас нет полномочий заключать такое соглашение.
- Я этого и не ждала. Передайте обо всем, что здесь произошло, своим
начальникам. - Она кивнула в сторону внимательно слушающей Лалелеланг. -
Вы знаете, как найти нас, а мы, безусловно, знаем, как найти вас.
- Теперь мы слагаем оружие. - Обе амфибии очень медленно вернули свои
пистолеты в соответствующие карманы. Когда это было закончено, страж у
двери неожиданно изобразил нечто вроде странного короткого поклона в
сторону Лалелеланг.
- Вы, Ученая, разработали великий план. Лично я никогда не ожидал
такого от вейса, и особенно академика.
- Обобщения всегда опасны, - ответила она. - Я вам не всякий обычный
вейс.
- По этому вопросу все присутствующие полностью с вами согласны, -
горячо проговорил он.
- Мы, здесь присутствующие, отличаемся еще кое-чем, - продолжала она,
- разве вы не заметили этого?
На этот раз не только лепары, но и Пайла вопросительно уставились на
нее. - Мы, все четверо, женщины.
- Что из этого? - удивился второй лепар.
- Вдобавок к нашим профессиям у нас есть еще одна обязанность -
продолжение рода. По крайней мере, у вас троих. Я слишком стара и иногда
жалею об утраченных возможностях. Когда вы пойдете, каждая своим путем, я
прошу вас подумать о будущем, которое вы готовите своим еще нерожденным
потомкам. Сделайте все от вас зависящее, чтобы завещать им мирную и добрую
цивилизацию разных народов.
- Кажется, у нас нет другого выхода, - сказала страж у двери.
- Это верно, - кивнула женщина-солдат. - Дело уже не в том, останется
она жить или умрет. Она раздвинула рамки этой проблемы дальше. Она вывела
себя за скобки.
- Понимаю вас, - лепар от двери посмотрела на женщину. - Скажите, это
правда, что ваш вид никогда не знал счастья и удовлетворенности?
- Из нашей истории видно, что нет, - ответила Пайла. - Мы всегда
умело и хорошо воевали, но никогда не могли толком управиться с миром.
Может быть, вы нам что-нибудь подскажете. С учетом того, что нам еще надо
приглядывать за этими спрутами.
Лепар поколебалась, потом шагнула вперед и протянула перепончатую
слегка скользкую лапу.
- Хотя для нас это и не обязательно, но, по-моему, это принятый
способ скреплять соглашение.
Улыбаясь, женщина-солдат сжала протянутые пальцы свободной рукой. В
отличие от лепара, она свое оружие не отложила. Но этого и следовало
ожидать от человека, так что лепары не обиделись.
Лалелеланг на мгновение крепко зажмурила глаза. Никто не умер, борьбы
не произошло. Все прошло более или менее по плану.
- Так-то лучше. За всю жизнь изучения людей я узнала одно: мир - это
не подарок. Он - скорее, здание, которое надо все время стоить, и у этой
стройки нет конца. А такое делать без помощи очень и очень трудно. Каждый
из вас внесет свои различные таланты в процесс его созидания.
И лепары, и женщина, расставаясь, повернулись к ней.
- Что будет с вами? - спросила амфибия. - Вы будете помогать?
- В этом процессе нет. Я вам не нужна и мало что смогу сделать.
- Вы можете учить нас. Знанию людей. Вы знаете о них больше, чем
другие не-люди.
Лалелеланг слегка загорелась.
- Может быть, может быть. Сейчас я очень устала. Посмотрим. А пока
лепары всегда могут получить доступ к моим исследованиям. Ничего не скрою.
- Вы можете помочь нам понять их, - настаивала лепар. - Помните, что
мы не очень сообразительны.
- Только если нет других предложений, - устало ответила Лалелеланг. -
Только если у вас нет другого выбора.
- Понимаю. Мы постараемся не надоедать вам.
- Мы тоже, - сказала Пайла. Она снова повернулась к амфибии. - Я на
Махмахаре не одна. Теперь, когда мы с вами установили сотрудничество, с
вами хотели бы поговорить другие члены нашей организации.
Она вышла с лепарами вместе, активно пользуясь своими трансляторами.
Лалелеланг долго сидела на своем рабочем гнезде в стихшем кабинете,
не двигаясь, мирно размышляя.
Спустя много времени она поднялась, выключила свет и вышла из здания,
не смотря по сторонам и не особенно глядя под ноги. Если какому-то
человеку или лепару придет в голову спрятаться в засаде с целью убить ее,
что ж, она ничем не могла этому помешать.
Она прошла через мощеный широкий атриум, с его фонтанами и цветами,
пустынный в этот час ночи, и вышла на сине-зеленое наружное покрытие.
Цветущие ночью кремовые аларии наполняли воздух своим знойным ароматом.
Случайный студент или рабочий прошагал мимо в своих туманных развевающихся
одеждах.
Через какое-то время она дошла до гребня круглого холла. Слева
тщательно подрезанные кусты флоэля образовали низкую изгородь, цветущую и
светящуюся. Крошечные сверкающие жучки, размером не больше солнечных
пылинок, танцевали среди листвы.
Включив маленький плейер, который носила в боковом мешочке, она
остановилась и, неподвижная, слушала музыку. Звук был включен тихо, только
для себя. Этой музыке было несколько сотен лет и сочинил ее Человек.
Особый Человек. Человек Первого контакта, Уильям Дьюлак.
Она вздымалась и опускалась, стремилась вперед и нерешительно
медлила. "Очень похоже на само Человечество, - подумала она. - Все, что
есть в этом виде раздражающею, изумляющего, восхищающего, ужасающего,
замечательного, - все было в этой их музыке".
Постепенно первая какофония стала стихать и закончилось это
произведение шепотом ветра в листве и приглушенным звуком струн.
Завораживающие звуки. Может быть, настанет день и она поймет их до конца.
Испустив легкую усталую трель, она изогнула шею назад с гибкостью,
недоступной людям с их мощной мускулатурой и тяжелыми костями. Одинокая
луна Махмахара уже села, и родные созвездия ее мира сверкали необыкновенно
ярко.
Она не знала, что принесет будущее, но знала одно, она сделала все,
что смогла. Люди Ядра и лепары будут сотрудничать, соблюдая и защищая
взаимные интересы друг друга. И в свете этого достижения сохранение
собственной жизни казалось несущественным побочным эффектом. В конце
концов, одним вейсом больше, одним меньше...
Ее исследования надо было еще аннотировать, кодифицировать, сделать
ссылки и разделы. Много еще надо было сделать.
"По крайней мере, все были вежливы друг с другом, - подумала она. -
Даже человек. Хорошие манеры были безусловным вкладом вейсов в
галактическую цивилизацию".
Она выпрямилась, потянулась, взъерошила и ослабила гребешок и шейные
перья и затем спустилась с дальнего склона холма к линии внутреннего
транспорта университета, которая доставит ее домой. Она шла, уверенно
сознавая, что помогла если не миру, то по, крайней мере, взаимопониманию.
В конце концов, именно для этого и нужны ученые.

купить воздушные шары екатеринбург с гарантией